Михалюк Павел ГУО «Детский сад-средняя школа №4 г. Кобрина»

Михалюк Павел

ГУО «Детский сад-средняя школа №4 г. Кобрина»  

Всё помнится, никто не позабыт...

Оплатить за всё хорошее я рад,
И обязанность простая предо мной:
Закрывать от пуль и от снарядов
То, что считаю я своей землёй.

А.Сербатович

Почти 70 лет прошло со дня окончания Великой Отечественной войны - самой страшной из всех войн, какие знала история. 22 июня 1941 года перед будущим моей Родины развернулась пропасть. Страшное чудовище-фашизм, покорившее всю Европу, вооружённое до зубов, вторглось в пределы мирной страны. У двуногих зверей была одна цель - уничтожить всё и всех, захватить земли «недочеловеков», а их самих превратить в рабов.

Субботним вечером 21 июня 1941 года почти вся молодёжь Кобрина была на танцевальной площадке. Среди танцующих появились незнакомые люди, которые вели себя бесцеремонно. Но больше всего в их разговорах тревожили непонятные намёки насчёт завтрашнего дня.

22 июня 1941 года... Была самая короткая ночь в году. Люди спали. И вдруг:

- Война!

Вой сирен, страшный грохот от разрывов бомб, гул самолётов всколыхнули город, находящийся всего в пятидесяти километрах от границы. Бомбёжками было повреждено и сгорело более двухсот жилых домов и других зданий, взорвана электростанция, три мельницы, лесопильный завод. Вокзал немецкая авиация разбомбила во время первого неожиданного налёта. Были

разбиты огромные участки железнодорожного полотна в сторону Пинска, поэтому из Кобрина ничего не удалось эвакуировать.

В городе начали действовать гитлеровские агенты. Используя то, что из-за Буга в Беларусь шёл поток беженцев, которые спасались от фашистов, немецкие службы забросили в приграничные районы немало диверсантов. Ночью вышла из строя водонапорная башня, была перерезана линия электропередач, нарушена связь. Жители, - вспоминает моя прабабушка, - оцепенели от ужаса. Слухи о зверствах гитлеровцев, доходившие из соседней оккупированной Польши, были известны горожанам. Всё замерло, когда под вечер 23 июня 1941 года на улицах появились фашисты.

Но самое страшное ждало людей впереди. На третий день оккупации город всколыхнуло известие о расстреле Екатерины Гасилевич, которая находилась в декретном отпуске. Нашлись предатели, донёсшие, что она была активным членом КПЗБ. А потом - расстрел Кирилла Прокопука, бывшего участника октябрьской революции. Фашисты начали создавать еврейское гетто, а затем расстреляли всех евреев, не пожалев ни женщин, ни детей, ни стариков. После этой расправы всем было ясно, что гитлеровцы пришли, чтобы убивать...

Многие стали уходить в леса, появлялись партизанские отряды, подпольные организации.

Мы знаем о подвигах многих героев Кобринщины, отдавших жизнь за освобождение родной земли от фашистской чумы. Но я хочу рассказать о партизане, которому на период начала войны было всего 13 лет. Война принесла в семью Абрамчуков Кузьмы Степановича и Дарьи Андреевны, где подрастали пятеро детей, как и в другие мирные семьи, страх, страх за детей и желание сохранить им жизнь. Как же страшно было Дарье Андреевне, когда она узнала, что её муж Кузьма Степанович и старший сын Иван, которому было 17 лет, стали связными отряда имени Чапаева, потому что понимала, что ждёт её детей, если немцы узнают об их связи с партизанами. А они вместе с другими подпольщиками занимались сбором и передачей в партизанский отряд

оружия, боеприпасов, организовывали диверсии, готовили людей к пополнению партизанских отрядов и бригад.

В июле 1942 года начались массовые облавы. Семья Абрамчуков была предупреждена, что они занесены в списки подозреваемых в связи с партизанами. Кузьма Степанович в тот же день, как получил недобрую весть, отправился с семьёй в партизанский отряд имени Чапаева, где воевал до июля 1944 года. Алексею было всего тринадцать, и на задания его не брали. Он завидовал, когда видел, как его отец и другие партизаны шли на очередную вылазку. Часто возвращался с задания очень усталый, молчаливый. В такие моменты казалось, что он постарел на десять лет. А в землянке тихо всхлипывала мать, когда отец ей шёпотом рассказывал, кто не вернулся с задания, кто был ранен.

Когда Алексею исполнилось четырнадцать лет, он в составе партизанской группы отправился на своё первое боевое задание, которое заключалось в разведывании численности и расположения немецких картельных отрядов. Потом участвовал во многих партизанских акциях, но больше всего проявил себя как хороший подрывник.

«Не помню, сколько на моём счету вражеских эшелонов взорвано, пущено под откос», - спокойно, словно о чём-то обыденном, говорит Алексей Кузьмич. Но когда он вспоминает о блокаде, в глазах ветерана появляются слёзы. «В одном из боёв наш отряд попал в тяжёлое положение, - продолжал ветеран свой рассказ. - Это было весной 1944 года. Оккупанты решили провести массовые карательные операции, для этого даже стянули фронтовые части с танками и самолётами. Создалась угроза окружения. Это была битва не на жизнь, а на смерть, где пролилось много крови. После тяжелейших боёв гитлеровцам удалось блокировать бригаду имени В.И. Чапаева в Дохловском лесу. Но бригада вырвалась из окружения и пошла в Споровские леса, а через некоторое время чапаевцы снова вернулись на свои места базирования и продолжали борьбу.

Огромную помощь советским воинам при освобождении Кобринщины оказывали партизаны. Отряды имени Чапаева, имени Постовалова и имени Орлова вели бои за деревни Борщи, Стрии, Козище и удерживали дороги до прихода красноармейцев, несмотря на то, что противник превосходил партизан в силе в несколько раз.

Бои за Кобрин шли в конце июля 1944 года, и когда утром 2-ого июля выстрелы затихли, из укрытий стали выходить люди. Страшные дни и ночи пережил мой город, захваченный гитлеровцами в числе первых и освобождённый в числе последних белорусских городов. Тысяча сто двадцать четыре дня фашистской оккупации унесли жизни шести тысяч восьмисот человек.

Возвратилась домой, в деревню Луцевичи, и семья Абрамчуков, но от усадьбы осталось только пепелище. Надо было жить. Ощущение близости победы над фашистами придавало сил, несмотря на то, что тяжёлая работа с утра до ночи выматывала, валила с ног. Вместе с родителями трудились и дети.

Прошло почти семьдесят лет. Но до сих пор в памяти - война, её дыхание до сих пор даёт о себе знать тяжёлыми воспоминаниями, шрамами на теле, болезнями. Никогда не забудет он и тех, кто шёл на смерть, подставляя свою грудь под пули за то, чтобы мы спали спокойно, были сыты и одеты.

Я не хочу, чтобы моё поколение пережило подобные ужасы, и страшно, когда видишь, что происходит в соседней Украине. Украинские националисты вооружённым путём захватили власть в стране, объявили русский язык вне закона, а всех несогласных приводят к повиновению огнём и мечом, применяя артиллерию, авиацию, бронетехнику. И всё это под аплодисменты и прямую поддержку западных стран. Неужели история их ничему не научила? Посягали на святую Русь и немецкие рыцари, и шведы, и монголо-татары, и французы и, наконец, немецко-фашистские захватчики. И если в очередной раз нам придётся взять в руки оружие, мы постараемся доказать всему миру, что наш свободолюбивый славянский народ не поставить на колени, не сломить никому!